Лови момент – спасай Россию!

Путинская "стратегия прорыва" – подарок для оппозиции, которая получает шанс оспорить установившийся после парламентских выборов расклад сил. Мужчины в дорогих костюмах готовятся нырнуть в гущу народных страданий




"Непопулярные" реформы, о необходимости которых так часто говорили российские либералы, начались. В соответствии с внесенным в парламент страны пакетом законодательных инициатив может быть запущен механизм принудительного выселения злостных неплательщиков коммунальных платежей из их квартир. А согласно т.н. "реформе Козака", социальные льготы будут заменены выплатами "живых" денег, хотя никто не знает кому и, главное, в каких объемах эти деньги достанутся. То, что реформы подразумевают серьезное оздоровление экономики страны, а следовательно, повышение благополучия ее граждан – из тех, кто потенциально может купить квартиру или заплатить коммунальные платежи в срок, – с политической точки зрения интересно только самой власти. Минусы же "стратегии прорыва" – долгожданное событие для оппозиции, которая получает хороший шанс оспорить установившийся после парламентских выборов 2003 г. расклад сил.

Вчера лидер "Родины" Дмитрий Рогозин призвал профсоюзы страны отказаться от политики "соглашательства" с властями и решительно выступить против плана замены льгот денежными компенсациями. "Фракция "Родина" будет выступать против принятия данного законопроекта, который по сути означает отказ государства от своих социальных обязательств. Правительство Фрадкова пытается стряхнуть с себя стариков и детей", – заявил Рогозин. Эта риторика как две капли воды похожа на коммунистическую – не хватает только апелляции к "советским завоеваниям". Однако перед Рогозиным сегодня стоит иная, нежели чем перед Геннадием Зюгановым, задача. Всего лишь через полгода после ошеломляющей победы "Единой России" на выборах в Думу уязвимость сего политобразования стала настолько очевидной, что этот факт почти не скрывают и сами единороссы. Вопрос по льготам грозит обернуться катастрофическими для фракции последствиями: призванные в ее ряды для обеспечения конституционного большинства одномандатники не хотят голосовать за подсказанные Кремлем экономические решения, справедливость которых они никогда не отстоят в своих общественных приемных в беседах с выбравшими их людьми. "Единая Россия" до сих пор пытается обрести внутренний консенсус, но его нет как нет. Рогозин, чей успех на прошлых выборах по сенсационности мог соперничать только с поражением СПС, чувствует себя обязанным не сбавлять в темпе и всласть потоптаться на опавшей тушке "партии власти". "Мы надеялись, что люди, за которых голосовали как за центристов, центром и останутся, не будут смещаться вправо, туда, где раньше сидел "Союз правых сил" с Чубайсом во главе", – сказал он. Однако, по утверждению Рогозина, единороссы "сегодня фактически стали солидарны" с радикальными либеральными политиками.

Сегодняшняя повестка дня предоставляет Рогозину шанс не теряя темпа убыстрить процесс распада "Единой России" на идеологические составляющие ("правых" и центристов", "левоцентристов" и "умеренно-правых" – без разницы). Любой раскол "партии власти", будь он даже срежиссирован в Кремле и пройди по сценарию последнего, нанесет единороссам ощутимый удар, делающий их дальнейшую политическую судьбу весьма проблематичной. Это понимают в администрации президента, и возможно потому сегодня разговоры о "добровольном" размежевании фракции на фланги волевым указанием сверху прекращены. Но Рогозина это волнует мало. Объективных причин для брожения внутри рыхлого организма т.н. "центристов" слишком много, тем более что голоса диссидентов от "партии власти" поддерживаются ропотом со стороны сторонников "Родины", не говоря уже о КПРФ. Достаточно одного толчка – и все сомневающиеся бросят искать себе новую крышу; рогозинская "Родина" в этом смысле будет ничуть не хуже какой-то другой.

Зюганов решает другую задачу. У него на носу съезд, который, как казалось еще недавно, может все-таки отказать своему вождю в доверии. Сегодня дела обстоят так, что подобное развитие событий едва ли возможно. И дело тут не в самом Геннадии Андреевиче, от которого, похоже, устали даже самые близкие сподвижники. Верхушка и средние звенья КПРФ вряд ли решатся на серьезные кадровые подвижки в столь серьезный для политического будущего партии момент. По сути, впервые после эпохи "шоковой терапии" Гайдара и дефолта 98-го власть сама предоставляет КПРФ простые и ясные аргументы своей "антисоциальности". Потерпевшая на прошлых выборах разгром партия не может не думать о реванше – во всяком случае до тех пор, пока в основе ее мировоззрения лежит "советская" специфика. Раскол партии или привнесение в ее ряды "кремлевского" начала представляется сегодня многим (даже из числа остро критикующих Зюганова однопартийцев) большим злом, чем инертность их лидера, ни разу в прошлом не решившегося атаковать власть бескомпромиссно. Сегодня Зюганов намекает, что готов к этому. "Неудача последних парламентских выборов во многом связана с тем вакуумом, который образовался в народной среде. Он был заполнен не нами, а нашими противниками с их усыпляющими посулами и беззастенчивой промывкой мозгов. Сегодня, когда опять начинается волна забастовок, когда морят себя до смерти обездоленные шахтеры, когда речники, возмущенные произволом новых хозяев, перегораживают своими кораблями Лену, когда стремительно в миллиардных суммах растет невыплата по зарплатам, наши коммунисты обязаны быть там, на передовой. Люди должны видеть их в гуще народных страданий и бед, а не на парламентских трибунах и в коридорах власти", – говорит он в одном из своих последних интервью.

Теоретически, коммунисты и сегодня вполне могут побороться за умы россиян, особенно в регионах. Тем же единороссам, с их невнятной политикой "добрых дел" при полном непонимании того, что творят их лидеры в стенах парламента, трудно будет что-то противопоставить левым. Другое дело, что Геннадия Зюганова, пройди для него съезд благополучно, может вполне устроить сложившийся status quo: когда солидные мужи из партий и профсоюзов в дорогих пиджаках и на серьезных автомобилях врезаются в самую гущу митингующих, оповещая через громкоговорители: "Мы с вами!".

Как говорил классик, трудно менять, ничего не меняя. Но мы будем.

Ответить:

Выбор читателей