Украина перешла в наступление на Черном и Азовском морях

Коснувшись проблемы разграничения Азово-Черноморской акватории, Ющенко однозначно заявил, что приемлет только те границы, которые существовали между РСФСР и УССР (по которым Украина контролирует Керченский пролив)




В середине месяца в российско-украинских отношениях вновь всплыл вопрос о Тузле: киевские парламентарии заявили о непоправимом экологическом ущербе, который причиняет Украине недостроенная в 2003 г. российская дамба от мыса Тузла, и потребовали от РФ компенсации. Затем состоялась встреча президентов двух стран, где тема Тузлы была под строгим "табу". Однако, коснувшись проблемы разграничения Азово-Черноморской акватории, Ющенко однозначно заявил о том, что приемлет только те границы, которые существовали между РСФСР и УССР (по которым выходит, что Украина контролирует Керченский пролив). Напомним, что границы эти еще не согласованы.

Действительно, урегулирование российско-украинской границы что-то затянулось, особенно в районе Керченского пролива. Что является основным камнем преткновения – политические амбиции или экономический интерес? С политикой все более-менее понятно: Украина хочет контролировать пролив и не быть связанной чем-то общим (даже морем) с Россией, так проще интегрироваться в евро-атлантические структуры. Россия, напротив, стремится оставить эти акватории в общем пользовании (на правах "исторических вод"), чтобы исключить появление там военных кораблей НАТО.

Об экономическом аспекте проблемы говорят меньше, хотя и он довольно существенный. Начнем с наиболее очевидной его стороны – "национальной принадлежности" Керченского пролива, точнее, его судоходных фарватеров. Если Киеву удастся сохранить свою исключительную юрисдикцию над судоходным Керчь-Еникальским каналом (а он проходит к западу от острова Тузлы), то Украина будет и впредь получать доход от "транзита" через пролив и в целом контролировать судоходство в этом регионе. Цена вопроса – немалая, так как через Керченский пролив ежегодно проходит около 8,5 тыс. судов различных стран.

Проблема это, надо сказать, неоднозначная. С одной стороны, Украина ни в коей мере не препятствует судоходству. "Сейчас в проливе создалась такая ситуация, при которой суда России совершенно свободно плавают по Керченскому проливу и, в частности, между Тузлой и берегом Крыма", – заявляет авторитетный эксперт в области международного морского права Анатолий Колодкин (президент Ассоциации международного морского права и Российской Ассоциации международного права, вице-президент Международного морского комитета, судья Международного трибунала ООН по морскому праву). Он отмечает при этом, что "деньги взимаются за лоцманскую проводку, причем надо сказать, что большинство лоцманов – это российские люди, которые там продолжают работать". Однако кроме лоцманских сборов – и в этом заключается основная проблема – приходится уплачивать сборы "за проход". Анатолий Колодкин характеризует эту плату как "не всегда справедливую" и отмечает, что из-за нее нередко возникают споры, которые рассматриваются в арбитражном порядке. Однако он приводит пример, когда по такому спору "несколько лет назад наш российский, Ростовский арбитражный суд вынес решение в пользу украинской стороны". Так что, в принципе, ничего ужасного в этих сборах нет – нормальная мировая практика. Другое дело, что российским морякам обидно платить за проход по "родному" Керченскому проливу, который теперь почему-то стал "неродным". За использование Керчь-Еникальского фарватера России приходится ежегодно платить украинской стороне порядка $15 миллионов. А общий доход от пользования иностранными судами каналом и лоцманским сопровождением составляет около $80 млн в год. Разумеется, делиться с Россией таким прибыльным делом Украина не хочет.

Кроме судоходства, в Азово-Керченской акватории издревле процветает рыболовство. Косяки сельди, хамсы и другой рыбы дважды в год кочуют через Керченский пролив из Черного моря в Азовское и обратно. И, кстати, именно рыбаки "породили" остров Тузла – как выяснилось, на свою беду. Случилось это в 1925 г., когда они прорыли в одноименной косе (бывшей тогда сплошной) небольшой канал, который был впоследствии размыт сильным штормом до ширины в несколько километров. Так и возник злополучный остров. Рыбаки первыми "поплатились" за свое новшество. До прорыва косы тактика лова здесь была довольно простой. Ожидая благоприятной погоды для выхода в Черное море, рыба заходила в залив, ограниченный Тузлинской косой, где ее и ловили без особых усилий. Теперь же у рыбы есть два выхода в море, и она пользуется ими поочередно, обманывая рыбаков. Так что с точки зрения рыбного промысла, восстановление косы российской дамбой – дело нужное и полезное. Рыбаки теоретически должны быть на стороне России. С другой стороны, если Украина будет упорствовать в вопросе контроля над проливом, то не исключено, что Россия решит попросту обойти эту тему стороной – в прямом смысле. То есть, углубить фарватер к востоку от Тузлы, сделав "промоину" (ныне глубиной не более метра) судоходной – в качестве российской альтернативы Керчь-Еникальского канала. А такие планы уже есть. В этом случае всем будет хорошо, но только не рыбакам: ведь хамса и керченская сельдь лишатся последнего места для нереста...

Сам по себе островок Тузла – тоже, как выясняется, лакомый кусочек. Во-первых, это традиционное место паломничества туристов-палаточников. Ежегодно остров, являющийся естественным биозаповедником, располагающим 35 га песчаных пляжей, а также источниками целебных грязей и минеральных вод, посещает до 10 тыс. "дикарей". Разумеется, дохода казне они пока не приносят никакого, но власти Крыма давно вынашивают план превратить этот клочок земли в "цивилизованный" курорт на 30 тыс. мест.

В известное противоречие с "курортными" планами входят устремления нефтяников, также имеющих свой интерес в данном регионе. Ведь в окрестностях Тузлы находится как минимум 7 нефтегазовых месторождений. Правда, они, как и все остальные запасы углеводородов Керченского пролива, относятся к разряду "недоказанных". Но геологи говорят, что весь Таманский полуостров расположен на нефтегазовом "топливном баке" – так что и под Тузлой что-нибудь найдется. Всего же в районе Азовского моря находится около 120 структур, перспективных с точки зрения разработки месторождений нефти и газа. И поэтому Россия вовсе не против того, чтобы поделить дно моря: на российском участке Черноморско-Азовского шельфа имеется, по предварительным оценкам, порядка 50 млн т нефти и около 200 млрд кубометров газа. Хотя, конечно, если начнется их серьезная разработка, то курорт "накроется".

Однако сейчас Украина поднимает "экологический" вопрос в несколько ином ракурсе. Орган с длинным и категорическим названием "Временная специальная комиссии Верховной Рады Украины по обеспечению парламентского контроля над режимом государственной границы Украины в районе острова Коса Тузла" заявил о "катастрофически негативных экологических последствиях" возведения Россией дамбы в Керченском проливе. Дескать, изменились течения в Керченском проливе, что привело к размыванию этого злополучного острова, а также других участков суши, в частности, украинской Аршинцевской косы. И уже приходится отселять тамошних жителей. Так что, по мнению комиссии, "положение требует немедленной реакции Кабинета Министров Украины" и требования от Россией компенсации нанесенного экологического ущерба...

Почему-то украинские парламентарии не учли, что российская дамба сооружена (и то не до конца) на месте прежней косы, разрытой и размытой 80 лет назад. Так что она не нарушает, а фактически восстанавливает экосистему Керченского пролива. А то, что в этих местах постоянно что-то размывает и намывает, известно с незапамятных времен, и вины России в этом нет.

Кстати, исследования на местности показывают, что сейчас продолжается намывание Тузлинской косы. К тому же она еще и "гуляет" по проливу (раньше она лежала южнее). Так что не исключено, что в перспективе коса восстановится полностью, образовав еще один сухопутный участок российско-украинской границы. Правда, граница эта будет очень зыбкая и непостоянная...

В общем, трудноделимая акватория досталась в наследство России с Украиной. Сама природа как бы располагает к совместному пользованию этих вод. И если их все-таки строго поделить (как предлагает Ющенко), то экономический ущерб обеим сторонам неизбежен. Вместе с тем, новейшая история международных отношений знает немало примеров эффективного совместного использования проливов и акваторий. Анатолий Колодкин приводит в пример эстуарий реки Ла-Плата (считается "историческим заливом" Аргентины и Уругвая), залив Фонсека (омывает берега Никарагуа, Гондураса и Сальвадора), Акабский залив и Тиранский пролив (используются совместно Египтом, Саудовской Аравией, Иорданией и Израилем). Эти и другие примеры, по мнению эксперта, свидетельствуют о возможности урегулирования вопроса и о статусе и режиме Азово-Керченской акватории в духе взаимной выгоды: "Азовское море, находившееся длительное время под суверенитетом одного государства – СССР, а теперь двух государств – РФ и Украины, может быть объявлено историческим заливом как внутренние воды этого государства". Кстати, именно в этом ключе и решает данную проблему ст.5 Договора о государственной границе между Украиной и РФ, подписанного в начале 2003 года.

Однако договор о границе есть, но процесс ее делимитации может в корне изменить его суть. Пока что Украина, по сути, прочертила границы в одностороннем порядке, хоть и в соответствии с прежними границами союзных республик. Но "что касается односторонних решений, то я лично считаю, что Украина не вправе их принимать, поскольку практика показывает, что в подобных случаях решения принимаются совместно, – утверждает Анатолий Колодкин. – Более того, я бы предложил создание специального органа по совместному управлению каналом". И Путин, дискутируя на эту тему с Ющенко, подчеркивал, что переговоры о делимитации границы должны вестись в таком духе, чтобы их окончательный результат содействовал "нашему общему использованию" акватории и сближению приграничных регионов. А не дележу с последующей вереницей взаимных претензий.

Ответить:

Выбор читателей