Саакашвили попал в плохую историю

Президент Грузии оказался в очень неудобной ситуации: он приказал всей стране активно готовиться к войне, разрешения на которую все не могут дать в Вашингтоне




Какова вероятность начала боевых действий в Абхазии и Южной Осетии? Каковы шансы сторон? На этот и другие вопросы в эксклюзивном интервью "Yтру" отвечает заведующий аналитическим отделом Института политического и военного анализа Александр Храмчихин.

"Yтро": Уже больше двух лет Грузия открыто, даже демонстративно готовится к войне. С кого Тбилиси начнет, а кого оставит "на закуску"? Или же в планах – одновременное возвращение силовым путем Абхазии и Южной Осетии?

Александр Храмчихин: Одновременная кампания просто невозможна. Даже напав на более слабую в военном отношении, чем Абхазия, Южную Осетию, Грузии придется очень и очень сложно. Во-первых, ничего не известно об истинном военном потенциале самопровозглашенных республик, именно в силу их непризнанности. Понятно, что помимо трофейных грузинских оружия и техники, часть оружия получена ими из России. Понятно также, что говорить об этом никто не будет. Кроме того, надо учитывать, что обороняться в горах гораздо проще, чем наступать, так что Грузии придется обеспечивать колоссальное численное превосходство, которого у нее точно нет. Кроме того, страны Восточной Европы продают Грузии в качестве вооружений в основном металлолом. Классический пример – 40 БМП-2, купленных у Украины, 38 из которых невозможно было завести. Они были списаны давно, но проданы как действующие. И таких примеров довольно много. Отсюда еще один вывод: понять, насколько усилился военный потенциал Грузии, также довольно сложно. Как и выяснить реальный уровень боевой подготовки грузинской армии.

"Y": Зачем Грузии так много оружия и боеприпасов?

А.Х.: Отчасти все это покупается в расчете на то, что какое-то количество сразу же пойдет на запчасти. Американцы продали Грузии 10 вертолетов "Ирокез", которым больше 40 лет. В итоге 6 машин предназначены для полетов, а 4 разобрали на запчасти. То же самое с автоматами. В Тбилиси все берут с запасом, зная, что часть разворуют. В плане воровства ситуация доходит до комизма. Был когда-то у Грузии единственный катер на подводных крыльях, который ей продала Украина. Так некий предприимчивый полковник украл и продал подводное крыло с него. Катер пришлось списать как небоеспособный. Это характеризует истинное состояние дел в грузинской армии.

"Y": Пожалуй, характерным является и такой случай: часть грузинских военнослужащих, проходивших обучение за рубежом, отказались возвращаться на Родину.

А.Х.: Это еще одна характеристика качества подготовки и психологического состояния грузинской армии. А этот показатель самый важный. Он демонстрирует, насколько люди готовы воевать.

"Y": То есть в плане мотивации непризнанные республики имеют преимущество?

А.Х.: В случае новой войны мотивация осетин и абхазов будет несравненно выше – они защищают свою страну. Подозреваю, что стремление грузин к воссоединению территориальной целостности все-таки ниже. Особенно, если они столкнутся с очень жестким сопротивлением. Военные традиции у грузин плохие. А вот у осетин – великолепные. Осетия очень гордится тем, что по количеству Героев Советского Союза во времена Великой Отечественной войны она была на первом месте среди всех национальностей СССР в процентном соотношении.

Да, теоретически людские ресурсы Грузии во много раз больше, чем у Абхазии и Южной Осетии вместе взятых. Но ведь фактически значительная часть населения находится за пределами Грузии – на заработках. Конечно, под войну они возвращаться не будут. А переподготовку сейчас прошло незначительное число бойцов. Тогда как в Южной Осетии и Абхазии существует народное ополчение, резервисты, которые имеют военный опыт и постоянно проходят переподготовку.

В случае военных столкновений грузинскую армию могут довольно быстро выбить – и личный состав, и боевую технику, особенно в горных условиях. Эта армия может просто закончиться, и все. Поэтому воевать Грузии становится опасно. У нее есть единственная возможность победить – переблефовать, переиграть противника, как это было сделано в Аджарии. Если бы Аджария действительно захотела обороняться в 2004 г., то вполне могла бы это делать. Но Саакашвили, очень энергичный человек, задавил ее информационно-психологическим прессингом. К тому же, между сторонами противостояния не было войны раньше, как у Грузии с Южной Осетией и Абхазией. В итоге Аджария сдалась, заранее поверив в то, что она проиграла.

Добиться успехов в Южной Осетии и Абхазии можно лишь в том случае, если они поверят в то, что они проиграли, а Россия их бросила. Действуя же военным путем, Грузия не имеет шансов. Также не исключено, что американцы будут сдерживать Тбилиси в этом плане, потому что им совершенно не интересна военная конфронтация с Россией.

"Y": Известно, что Тбилиси рассчитывает в случае войны использовать воинские контингенты, которые прошли Ирак и Афганистан. Это может помочь?

А.Х.: Теоретически. Но, опять же, через эти подразделения прошло очень мало людей. Кроме того, я не замечал, что там реально воюют. В Афганистане международный контингент фактически не участвует в боевых действиях, размещаясь в пунктах своей дислокации, воюют там только американцы. То же самое и в Ираке. Остальные контингенты, включая англичан, в основном находятся в более-менее спокойных условиях.

"Y": Что дал грузинской армии переход на американские лекала?

А.Х.: Может быть, это в чем-то прогрессивно, хотя в любом случае должно быть проверено в деле. Но у противостоящей стороны есть такие весомые аргументы, как социально-культурные и психологические традиции. А это сильнее, чем просто построение военной системы по американскому принципу. Новой грузинской военной системе нужна реальная военная обкатка. Тут в случае войны с участием Грузии как раз столкнулись бы американская и советская военные школы, и в этих условиях советская школа могла бы выиграть. Хотя в случае военного конфликта между США и Россией победила бы Америка – я говорю об обычной войне, без применения ядерного оружия.

"Y": Саакашвили фактически загнал себя в рамки военного реванша, заявив, что возвращение Абхазии и Южной Осетии является смыслом его правления. Значит, война все-таки неизбежна?

А.Х.: Я сомневаюсь, что они нападут. Хотя у Саакашвили объективно плохая ситуация. Грузия – государство, нежизнеспособное в принципе, потому что у нее ничего нет. Единственный ресурс – стать неким этнографическим заповедником, местом для туризма. Примерно так живут страны Карибского бассейна. Но сейчас пойти на это грузинам мешает гордость. Кроме того, там уж слишком большой бардак – коррупция, преступность. А Саакашвили, естественно, не желает терять власть. Он, может, и впрямь хотел чего-то светлого, но ничего сделать не смог. Поэтому ему надо поддерживать власть каким-то образом. Классический ход: организовать войну. Но, с другой стороны, организовать ее нельзя, потому что американцы, скорее всего, не дадут этого сделать, даже если Саакашвили этого захочет.

"Y": Но уже больно лакомым куском для грузинских военных выглядит Южная Осетия. Перерезать Транскам, напасть на Цхинвал, взять под контроль Рокский тоннель...

А.Х.: Этот вариант напрашивается, потому что ничего другого там сделать нельзя. Южная Осетия выглядит уязвимей Абхазии, тем более что в ней есть грузинские поселения, которые отрезают Цхинвал от внешнего мира. С другой стороны, все это прекрасно понимают и сами осетины. И у них есть дополнительный ресурс, который в корне может изменить весь сценарий. Это приток добровольцев с севера, и не только из Северной Осетии. Причем, независимо от того, как поведет себя официальная Москва, добровольцы все равно придут в большом количестве. Повторю, у осетин хорошие военные традиции, многие из них прошли советскую военную подготовку. Тем более, в Северной Осетии находится основная военная группировка российских войск на Северном Кавказе. Ресурс 58-й армии, 19-й дивизии может быть использован.

"Y": В этой связи любопытно заключение одного из военных экспертов: грузинская армия за счет количества и огневой мощи может добиться преимущества в Южной Осетии, но только если на защиту российских граждан в этой республике не выдвинется 58-я армия. Вы согласны с этим?

А.Х.: В худшем случае, осетины могут потерпеть поражение в классической фазе "армия против армии". А вот партизанскую войну грузинская армия не вынесет точно. Тем более что Абхазия однозначно заявила о поддержке Южной Осетии. Здесь вообще дискуссия неуместна. Если грузинская армия еще и получит удар в фланг от более сильной, чем южноосетинская, абхазской армии, это обернется катастрофой для Грузии.

"Y": Спасибо за интервью.

Ответить:

Выбор читателей